DataLife Engine > Избранные публикации > ИТОГИ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ВОЗРОЖДЕНИЯ КАЗАЧЕСТВА - ГМ №1

ИТОГИ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ВОЗРОЖДЕНИЯ КАЗАЧЕСТВА - ГМ №1


27 января 2009. Разместил: admin
А.И.КОЗЛОВ (Ростов-на-Дону)


ИТОГИ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ВОЗРОЖДЕНИЯ КАЗАЧЕСТВА


Проекты документов по казачеству, поступившие в последнее время из Государственной Думы, позволяют сделать вывод о том, что решение связанных с ним проблем, похоже, вступает в решающую стадию.

Созданное уже законодательство и проекты новых законов по казачеству отражают стремление органов всех ветвей власти решить проблему в конструктивном плане. И это заслуживает всяческой поддержки. Однако, несмотря на усилия в этом направлении, широкая общественность со всех сторон выражает недовольство, во весь голос говорит о том, что проблемы казачества не получают удовлетворительного развития и совершают "бег на месте", больше того - их неразрешенность порождает тревогу как у казаков, так и у их соседей, в центре и на местах.

Анализ сложившегося положения, как представляется, есть следствие, по крайней мере, двух обстоятельств. С одной стороны, в обстановке стремительно обостряющейся в стране социальной и национальной обстановки органы власти, испытывающие огромную нехватку материальных средств, стремятся изыскать силу. способную стабилизировать положение в стране, и особенно на ее окраинах, не требующую больших затрат. Многое говорит за то, что им такой силой представляется именно казачество. С другой стороны, смело взявшись за дело, практики-реформаторы, судя по всему, не заглядывали в святцы и пошли в воду, не зная броду, руководствуясь представлениями о казачестве на уровне общественного бытового сознания. Казачье происхождение некоторых из них вселяет в них тем большую уверенность в правоте своих действий. При этом, разумеется, они исходят из государственных интересов, - и нет никаких сомнений в том, что стремятся сделать все "как лучше", только вот есть немалые основания для сомнений и предположений -как бы и на этот раз все дело не получилось..."как всегда", согласно фразе, с недавних пор ставшей подлинно крылатой.

И в самом деле. документация по казачеству - уже принятая и еще проектируемая - содержит в себе целый ряд положений, если не откровенно ошибочных, то, по крайней мере, весьма спорных или путаных, во всяком случае, требующих прояснения и обстоятельного осмысления, даже капитальных исследований.

В первую очередь - кто же такие казаки. Закон Российской Федерации "О казачестве" определяет (ст. 1): "Российское казачество - народ, имеющий исторически сложившиеся территории проживания, культуру, особый хозяйственно-экономический уклад, вековые традиции взаимоотношений с государством и воинской службы".

Каждый тезис этой статьи носит дискуссионный характер. По-видимому, сознавая это, авторы других законодательных актов иначе определяют природу казачества. В частности, рассматривают российское казачество как "часть населения Российской Федерации" (Приложение к постановлению Совета Федерации от ноября 1995 г., федеральный Закон о казачестве, ст.1). Проект рабочей группы Совета атаманов Союза казаков, одобренный Советом атаманов, исходит из несколько иных представлений (ст.1): "Российское казачество - этно-историческая общность". Проект Мин-наца России "О российском казачестве", внесенный Правительством Российской Федерации, гласит (ст.1): "Российское казачество - исторически сложившаяся общность граждан Российской Федерации, имеющая самобытные традиции, культуру, хозяйственный уклад и взаимоотношения с государством". Проект федерального закона "О казачьих обществах", подготовленный депутатом Госдумы А.А. Долгополовым, гласит (ст.1): "Казачество - культурно-этническая общность, имеющая самобытную социальную организацию, хозяйственный уклад и взаимоотношения с государством". Еще в одном проекте закона "О казачестве" подчеркивается (ст.1): "Казачество России -самобытный народ в составе народов России".

Существуют и другие суждения о природе казачества, впрочем, мало отличающиеся от приведенных. Сейчас не тот случай, когда необходимо комментировать каждое из них, но вместе взятые они свидетельствуют, что очень важно констатировать: законодатели не имеют четких представлений о сущности казачества. Тем не менее вносят проекты, голосуют за них и принимают законы. Думается, нет нужды говорить о Качестве лечения при диагнозе, заключающем в себе столь глубокую разноголосицу. Но, надлежит отметить, почти все акты исходят не из того, что собою представляет реальное казачество сегодня, а каким оно либо было в прошлом, либо, по мысли авторов законодательных актов, согласно их предначертаниям, оно должно стать в будущем.

Волюнтаристский подход основывается на отрицании того, что казачество в прошлом представляло собой двоякое единство: и сословие, и субэтнос. Ибо эта объективная) научно установленная истина отвечает его целям, интересам и устремлениям. Игнорирование ее позволяет рисовать казачество таким, каким оно никогда не было, какого ныне не существует, делать упор на то, что некогда в казачестве составляло сословную сторону, но не исчерпывало его сути. Такой подход

оставляет в стороне само казачество. Носителей его, очевидно, не интересует, как сложится судьба субэтнической общности, разовьется ли она в полный этнос или, подорванная новым бременем, которое на него взваливают теперь, высохнет и сморщится, как выжатый лимон..

Казачьего сословия уже давно не существует и, как такового в третьем тысячелетии его тем более не будет. Но казачество как этническая группа может существовать, более того - развиться в полный этнос, естественно. если для этого сложатся благоприятные условия. Между тем законодатели исходят из стремления реанимировать в казачестве именно его былую сословную сторону, что повлечет за собой дальнейшее истощение казачества, и без того ныне едва дышащего на ладан и продолжающего ассимилироваться. Откровенные реставраторские устремления проявляются, в частности, в следующем.

Первое. В восстановлении казачьих войск, как представляют себе законодатели, казаки будут обходиться самообеспечением, и это облегчит казну. Но такого никогда не было и не будет, ибо полки первой очереди, несшие непосредственную воинскую службу, всегда обеспечивались за государственный счет. Поэтому казна не только не получит облегчения, но и вдобавок потеряет налогоплательщиков, ибо казаки не платили государственных налогов.

Кроме того, казачьи войска - институт феодальных порядков. По мере того, как в России расширялся капитализм, а армия все более обретала механизированный характер, этот институт все более отмирал. И к концу царствования Александра II этот вопрос встал во весь рост и получил предрешение. И только смерть великого реформатора и последовавшие вслед за тем контрреформы предотвратили решение их участи в тот период Но сам процесс продолжал углубляться, и к 1917 г уже многие казаки начали осознавать необходимость перестройки принципов несения ими воинской службы, требовали уравнения их в этом отношении с остальными россиянами

Второе. Многие законодатели выступают за восстановление казачьего землевладения, в том числе общинной земельной собственности. И в этом заключено еще одно очень важное недоразумение. Дело в том, что уже в начале XX века наиболее энергичные, хозяйственные казаки пришли к заключению, что общинная собственность на землю связывает их по рукам и ногам, и стали выставлять требование о ее ликвидации, выступали в поддержку столыпинских реформ. Сохранение старой системы отстаивали малоимущие казаки, продолжавшие усматривать в ней свою поддержку, и казачья бюрократия, боявшаяся потерять рычаги воздействия на подвластную им массу. Показательно, что нынешние настроения казаков определяются примерна такими же соображениями. Поэтому абсолютизация одной из форм землевладения - общинной - это глубокая ошибка Подлинные интересы казачества требуют создания условий, обеспечивающих свободное, равноправное развитие всех форм землевладения, в том числе фермерского. Жизнь - самый мудрый учитель, она и расставит всех по своим местам, даст по реальным заслугам.

Кроме того, законодатели не отдают себе отчета в последствиях реставрации былого казачьего землевладения. В прошлом казачьим войскам в областях принадлежало больше 80 % всей земли при наличии в них более половины обездоленного земледельческого населения. Это тогда служило главной острейшей подоплекой гражданской войны. Возвращение былого, даже в частичной мере, вызовет громадный взрыв. Первая попытка станет его детонатором. Более или менее безболезненно перераспределение земли может произойти разве только в северных районах Ростовской области со сплошным казачьим населением да на Дальнем Востоке, где пустующие земли некуда девать. Самым опасным в этом отношении является густонаселенный Северный Кавказ. Не следует сомневаться в том, что первые попытки воссоздания Терского казачьего войска с принадлежавшей ему когда-то землей ознаменуется возникновением не менее острых очагов, чем Чечня.

И тогда уж точно возродится вторая Кавказская война, которая явится катализатором националистических движений в других районах страны. Нынешняя Россия не выдержит таких испытаний. Афганистан послужил прологом развала СССР, Чечня сотрясает устои России Кавказская война станет для, нее надгробной эпитафией. В горных ущельях с нависшими лавинами снега опасны даже громкие крики. В раскаленной российской социальной атмосфере малейшие неосторожные манипуляции с землей, ущемляющие людей, способны обернуться катастрофическим обвалом. Вот почему бряцания некоторых представителей ставропольских казаков носят опасный, прямо-таки провокационный характер.

И последнее, непосредственно связанное с землей, земельной проблемой, что также не учитывается законодателями Главным механизмом, сердцевиной, опорой, столпом всего казачьего мироздания в прошлом была казачья семья. Это она обеспечивала жизнестойкость и функционирование всей системы, потому что она была большой и крепкой, непременно состояла из трех-четырех поколений. Стержень ее составлял казак-отец, имевший, как минимум, двух-трех сынов, один из которых находился на действительной службе, другой уже отслужил, а третий готовился к ней. Почти беспрерывно, помимо отца, в хозяйственном цикле участвовали еще два взрослых казака с их семьями. Это позволяло вести хозяйство на 30-50 десятинах надольной земли, занимать прочные экономические позиции, постепенно переходя в фермерский разряд.

. Молох XX века разметал такие семьи. Для их возрождения при условии наличия постоянной стабильности и экономической заинтересованности, соответствующего морально-психологического настроя, потребуется смена трех-четырех поколений. Современная маломощная казачья семья, не обладающая опытом, навыками и целевыми установками, просто не способна справиться с тем, что взваливают на нее законодатели.

Третье проявление безумной реставрации былого заключается в законодательной дифференциации казачества по военному ранжированию. Ссылка на то, что так, было, несостоятельна, ибо тогда такой порядок служил выражением принадлежности казачества к военному сословию. Теперь его не существует, а речь идет о возрождении этнических начал, что, естественно, не имеет ничего общего с тем значением, которое придается погонам, шпорам, плеткам и прочей подобной атрибутике. Больше того, процветающее самозванство и украшательство высокими наградами окарикатуривают и подрывают авторитет казаков в глазах российской общественности. Все офицерские звания, начиная, с самого низшего, тогда присваивались именными указами Его Императорского Величества. Подобные проявления встречались и тогда, но они были единичными и подлежали суровейшему наказанию, вплоть до заковывания в железо и отправки в ссылку.

Четвертое. Почти во всех законодательных актах содержится строгое установление в части религиозного верования. В качестве главной религии казакам предписывается православие. Не говоря о том, что сей порядок живо напоминает тот, который существовал у нас недавно, когда в качестве главной и самой-самой верной идеологии объявлялась всепобеждающая, необходимо подчеркнуть, что такого в прошлом казаки не знали, что среди них существовал религиозный плюрализм: одни, большинство, исповедовали православие, другие - буддизм, третьим не запрещались и иные верования. Жесткой религиозной регламентации у казаков никогда w было.

Перечень ошибочных положений законодательства о казаках можно было бы без труда продлить и еще. но и приведенных достаточно, чтобы сделать вывод: его авторы недостаточно знают объект своих забот. Главное незнание проявляется в попытках механического перенесения порядков феодального времени в эпоху рыночных отношений, из XVIII-XIX в.в. в XXI столетие, проявляя при этом полнейшую некомпетентность и торопливость, "телегу ставят перед паровозом". Казачество как целое субэтническое сообщество выпадает за рамки внимания. А это неминуемо тяжело отразится на нем, в конечном счете заведет казачество в тупик, выхода из которого может и не оказаться, история может не дать еще одного шанса.

Рассмотренные акты продиктованы, главным образом. стремлением учесть и отразить интересы той части казачества, которая выступает от имени казачества. порой проявляя нетерпение и желание побыстрее обрести правовое оформление своей кипучей энергии, выражающей групповые интересы. Указывая на это. я далек от какого-то их осуждения. Больше того, мне кажется, что они имеют полное право на внимание к себе со стороны государства. Тем более что многие из них. если не большинство, преисполнены патриотической готовности служить верой и правдой Российскому Отечеству, подобно тому, как это делали их предки И грешно не видеть этого и не способствовать их волеизъявлению И в этой части стремление законодателей заслуживая всяческой поддержки со стороны не только той части казачества, но и всего казачества, всей широкой российской общественности. Только надо все это ввести в очерченные берега, расставить все точки над "i".



Решение этой стороны всей сложной и большой казачьей проблемы находится и возможно только в рамках общего военного реформирования, что у нас дальше широковещательных деклараций не продвигается. Между тем, именно в рядах профессиональной армии найдет себе применение природный военный дар тех казаков, которые им обладают. Достойное вознаграждение воина на условиях, отвечающих требованиям современной цивилизации, явственно обнажит никчемность предпринимающихся ухищрений в потоке феодальных способов решения проблемы в преддверии третьего тысячелетия. В конечном итоге, налогоплательщику это обойдется дешевле, а страна получит немногочисленную, но мобильную, динамичную армию, способную решать большие задачи по защите Отечества.

Надо уяснить химеричность попыток в век космической технологии подготовить воина в условиях хутора и станицы, как это когда-то было. И не следует наводить тень на плетень, создавать видимость, будто в стране строится надежный оборонительный щит. Непристойно и преступно вводить в заблуждение себя и свой народ.

Истории известны военно-сословные группы рыцарского сообщества. Они возникали во многих странах в ходе государственного строительства и умирали по мере завершения этого процесса в XVIII в. Россия позже вступила на этот путь и, естественно, еще не завершила его. Поэтому существует и потребность в поддержании казачьего духа, но в преобразованном виде, отвечающего времени. С реставрацией казачьих войск в буквальном смысле слова это не имеет ничего общего. Казачье сословие не имеет дальнейших перспектив. Другое дело дальнейшая этнизация казачества. Но и она во многом зависит от направленности государственной политики. Она способна либо окончательно добить казачий субэтнос, либо обеспечить его расцвет.

Оптимальность политики будет целиком зависеть от ее взвешенности. А это, в свою очередь, требует всесторонней научной се обоснованности. Для этого необходим соответствующий научный центр, работающий на постоянной основе. О необходимости его создания научная общественность ставила вопрос уже неоднакратно и вполне своевременно. Однако воз и поныне там стоит. Между тем, условия для его организации созрели уже полностью и целиком. Местом его расположения может стать именно Ростов, располагающий специалистами по всём направлениям. Собственно, Ростов давно уже поставлен в такую ипостась всем ходом естественного развития и становления данного направления науки. Это признается всемирным научным сообществом. Притязания на этот статус, раздающиеся из других мест, носят несерьезный характер и отражают лишь амбициозность несостоятельных самолюбий.

Единение науки и практики обеспечит разработки, пути возрождения казачества в наиболее оптимальных вариантах.